Табличка рядом с лагерем смерти Собибор
CC BY 3.0 / Jacques Lahitte / Gare de Sobibór
Память о роли прежних союзников и образ Советского Союза как освободителя постепенно вытеснялись из массовых представлений в Западной Европе и США с началом холодной войны, заявила старший научный сотрудник Социологического института РАН-ФНИСЦ РАН Мария Мацкевич.
На примере восстания в лагере Собибор 1943 года, поднятого советским офицером Александром Печерским, Мацкевич обратила внимание на множественность возможных исторических интерпретаций: «гипотетически память о восстании в Собиборе могла стать частью нескольких исторических нарративов — о Второй мировой войне, о Великой Отечественной войне, о Холокосте, о концлагерях и о сопротивлении».
По словам Мацкевич, однако, этот эпизод не удалось полностью включить ни в один из перечисленных нарративов: «Тем не менее по разным причинам память о Собиборе не смогла полностью вписаться ни в один из них: ситуация зависела как от внешних, так и внутренних факторов, национальных особенностей нарратива о Второй мировой войне».
Исследователь выделила несколько причин маргинализации темы активного сопротивления. Обстановка холодной войны, по её мнению, способствовала вытеснению этой темы, поскольку в центре такого сопротивления чаще оказывались европейские коммунисты и советские граждане. Также, как отметила Мацкевич, «Еще одним фактором замалчивания было то, что многие беглецы гибли от рук местных жителей».
Она добавила, что в условиях холодной войны воспоминания об успешном восстании в лагере смерти имели ограниченные шансы на широкое распространение: «В этот период память об успешном восстании в лагере смерти имела мало шансов на широкое внимание, поскольку трудно было обойти вниманием тот факт, что восстанием руководил советский военнопленный».
По мнению учёного, после распада Советского Союза и Варшавского блока ситуация в этом отношении существенно не изменилась: «Положение мало изменилось после распада Советского Союза и Варшавского блока. Постсоциалистические государства встали перед необходимостью выстраивать новую национальную идентичность». Мацкевич указала, что в процессе формирования национальных нарративов важную роль часто играло противопоставление «другому», причём таким «другим» могли становиться Советский Союз и Россия.
В завершение она подчеркнула роль перераспределения ответственности в формировании новых идентичностей: «Вытеснение памяти о роли и ответственности местного сообщества за Холокост стало одним из инструментов конструирования национальной идентичности в Восточной Европе».